У вас детей обрекают на смерть, а вы ничего не можете

Есть тема, о которой я не пишу.
Не хочу.
Ну почти все пишут. А я не хочу.
Потому что если я начну писать, я снова скажу, что вы сами виноваты. Вам мало было детей, погибших в Беслане, Грузии, в метро и взорванных домах, в Чечне. Вы считали эти смерти справедливыми, ну, или на худой конец не хотели о них слышать и помнить

... и только эти обречённые наконец достучались к вам (и то не ко всем), и теперь вы уже наконец поняли (и то не все), кто и зачем правит вами.

Я снова скажу, что вы контрамоты. Пока мир старается идти вперёд, вы пятитесь назад, у вас впереди (позади) костры из книг и людей, у вас крепостное право впереди (позади, но контрамотам то, что позади, как раз впереди и есть)
А вы потом мне снова скажете, что я вас ненавижу и фобствую. А я снова буду объявлять приз тому, кто найдёт в моих словах фобию и ненависть. Кто представит цитату из моих слов, где кроме возмущения — ненависть. Потому что возмущение — не ненависть.
И снова приз будет пылиться на полках...
Вы снова скажете — а что мы можем?
А я буду говорить — да вы что? Так уж ничего и не можете? У вас детей обрекают на смерть, а вы ничего не можете?
А раньше-то? — скажу я вам.
А помните, как вы защищали и хвалили, и оправдывали очередную войну какой-то необходимостью и угрозой вашей стране?
Какую войну?
Да любую. Вот хотя бы эту.

"Мы просим ... изменить судьбу детей, которые уже рассчитывали на усыновление и уже видели своих потенциальных приёмных родителей, но из-за нового закона останутся в России. Таких детей на данный момент — 46 человек.
Мы просим только, чтоб этим 46 детям позволено было уехать к своим новым родителям в случае, если сами члены будущих семей все еще этого хотят.

http://kiratata.livejournal.com/305504.html

Это уже просьба к террористам, вам не кажется?
К тем, кто удерживает заложников — к ним обращаются с униженной просьбой, выпустить хоть несколько, торгуются за каждого человека, каждого ребёнка...

Это такая война — снова могла бы сказать я вам. Против вас воюют — сказать могла бы.

А вы мне что возразите?
А ничего вы мне не возразите. Потому что вы и сами это всё знаете.
Правда, вы до сих пор не знаете, что вы могли это остановить. Если бы не зарывались в свои уютные норки, не отмахивались бы от политики, как отмахивались вы всегда.
И вы не знаете до сих пор вот что — вы ещё можете это остановить.
Снова могла бы сказать я вам.

А только не скажу.
Потому что права не имею. Ваша страна — не моя страна.
Ваши дети — ваши дети.

Я и в своей не могу остановить то, что с моей страной делают.
И я сама виновата в происходящем в моей стране почти так же, как виноваты вы, каждый из вас, в том, что происходит в вашей стране.
Каждый из вас, да, простите. Каждая ваша личная, крохотная в общем хоре, Аполитичность — это гвоздик в будущий гроб каждого этого ребёнка.
Но этого ж я вам тоже не скажу.
Потому что гвоздей в гробу моей страны уже тоже хватает. Как мне вас поучать, и кому нахрен надо поучения в таком случае, да и когда я поучала? Возмущалась, кричала, взывала — это да.
А поучать...
Тут себе бы поучаться у кого-либо.

Ох, взорвёмся мы все когда-нибудь. Или сгниём.
Нет, сгнить не успеем, взорвёмся.

... а только я.
Лично я.

Оглянувшись перед взрывом, всё же вспомню, что я хотя бы пыталась что-то делать.

... а впрочем, какая разница?
Перед взрывом-то.

Диана Макарова

Livejournal

! Орфография и стилистика автора сохранены