Должность под расстрел

На онлайн выборах и.о. секретаря Координационного совета победил юрист Марат Давлетбаев. Малоизвестный политик берется организовать заседание оппозиционного парламента в апреле. Ранее экс-секретарь Совета Дмитрий Некрасов рассказал Каспаров.Ru, что он думает о КС и о власти. Мы выяснили, что на этом посту собирается делать однокурсник Некрасова Марат Давлетбаев.

Давлетбаев учился в МГИМО, прошел стажировку в Китае, работал в научном центре университета, откуда его взяли в российско-китайский проект "Газпрома". Затем Марат стал руководителем департамента правового сопровождения проектной и международной деятельности ОАО "Интер РАО ЕЭС". Из энергетической компании он ушел “по соглашению сторон” после публикации статьи “Владимир Путин как легист”. Сейчас Давлетбаев — совладелец юридической фирмы Threefold Legal Advisors LLC.

— Скажите, вы следите за онлайн голосованием за секретаря КС?

— КС будет выбирать секретаря на очередном очном заседании, онлайн голосование справочное. Сейчас голосуют за то, чтобы предложить нам принять участие в подготовке заседания. Если проголосуют за обоих, мы оба примем участие.

Я не очень понимаю ажиотаж вокруг выборов секретаря, должность эта в известной степени расстрельная, и я не считаю, что кандидатам нужно иметь предвыборную программу и проводить предвыборную кампанию.

— Но у Натальи Чернышевой есть такая программа.

— Да, я видел предложения в ее блоге, с большей частью согласен. Вопрос о том, как заставить членов КС ходить на собрания, интересный. С одной стороны, такая задача стоит, но с другой — КС — это не детский сад, члены КС сами принимают решение, ходить или нет. А уже избиратели на следующих выборах решат, за кого голосовать.

— Но КС сейчас далеко не на пике своей популярности, зачем вам это нужно сейчас?

— Меня многие спрашивают, зачем мне это нужно, но при всех недостатках и сложностях то, что КС есть, это хорошо. В условиях дефицита легитимности государственных органов и парламента хорошо иметь структуру, которая обладает признаками легитимности. А такой структурой является КС. Сейчас в нем разочаровались даже многие из тех, кто принимал участие в выборах Совета, но последнее дело — бросать что-то на полпути.

И пусть это прозвучит пафосно, но, если знамя упало, кто-то его должен поднять.

У меня есть надежда, что за оставшиеся несколько месяцев его существования (в нынешнем составе — прим. Каспаров.Ru) у Совета есть шанс что-то сделать. Я готов приложить к этому свои скромные усилия.

— Бывший секретарь Дмитрий Некрасов вкладывал в КС около 100 тысяч в месяц. Вы готовы поддержать упавшее знамя рублем?

— У меня такой возможности нет, сама должность не подразумевает траты. Это была личная инициатива Дмитрия.

— Вы окончили один из лучших вузов страны, работали в "Газпроме" и "Интер РАО ЕЭС", как вы пришли в оппозицию?

— На рубеже 2000-х я терпимо отнесся к приходу Путина. Тогда был спрос на укрепление закона, то, с чем Путин шел на выборы. После МГИМО, окончив стажировку, я пошел работать в "Газпром" на проект в Китае, потом мне предложили остаться в головном офисе "Газпрома" в Москве. Я занимался возвратом утраченных при прежнем руководстве активов, все это укладывалось в концепцию укрепления государства.

Но начиная со второго срока Путина, после реакционных реформ, таких как отмена губернаторских выборов, я потерял веру, что правительство реализовывает заявленные изначально цели. Я разочаровался и начал вести блог, потом участвовал в акциях молодежного демократического движения "Мы". До поры до времени этим мое участие в оппозиционной деятельности ограничивалось.

В декабре 2011 года, после митинга на Болотной я создал сообщество "Союз 10 декабря" в "Фейсбуке", оно объединило около 1000 молодых профессионалов из среды моих коллег, друзей, однокурсников и их знакомых. Во время общения онлайн и офлайн начали звучать мнения, что нужно оформлять движение как партию и участвовать в выборах. В это же время я узнал, что создается "Партия 5 декабря". Я решил, что нет смысла делать два проекта и встретился с членами оргкомитета. Меня радушно приняли, и мы стали заниматься общим делом. 

— Чем зарабатываете на хлеб? Оппозиция, наверное, не кормит?

— Сейчас работаю в Threefold Legal Advisors (юридическая фирма, занимающаяся международными делами и защитой бизнеса — прим. Каспаров.Ru). Я один из четырех партнеров-совладельцев этой фирмы. Это коммерческая организация, но одна из идей нашей фирмы заключается в том, чтобы "примирить" бизнес и права человека. У нас есть несколько направлений деятельности: международное публичное право, международное частное право и практика в ЕСПЧ.

Я глава корпоративной практики и развиваю направление "Бизнес и права человека".

— Какого типа ведете дела?

— Например, к нам приходит бизнесмен и говорит, что у него отобрали завод. Чтобы защитить его права, мы беремся за это дело и стараемся этот завод ему вернуть. Либо представляем его интересы в российских судах, либо, если российские инстанции уже пройдены, обращаемся в ЕСПЧ. ЕСПЧ — одна их наших наиболее сильных практик, два партнера проработали по несколько лет в Европейском суде и знают его изнутри.

— Вы представляете сторону Сергея Соболева, журналиста "Коммерсант FM", чья жена погибла на железнодорожных путях.

— Да, дело Сергея Соболева — это наша тематика, как раз тема ответственности бизнеса — РЖД — за нарушение одного из базовых прав человека — права на жизнь. Мы это дело взяли.

— Вы не комментируете ваше увольнение из "Интер РАО ЕЭС". Но все-таки? Это было связано со статьей о том, что кумирами Владимира Путина могли стали законники Древнего Китая, которые требовали неукоснительного исполнения самых жестоких законов и при этом были закрытой кастой?

— Я уважаю букву подписанного договора. При расторжении я подписал соглашение и согласно нему не могу распространять сведения, касающиеся увольнения.

— Для вас была неожиданной эта история? Вы планировали там работать на момент публикации статьи?

— Скажем так, начиная заниматься политической деятельностью, я осознавал возможные риски, но увольнение из "Интер РАО ЕЭС" в то время в мои планы не входило.

— Жалеете о том, что вы там больше не работаете?

— Время работы в этой компании было интересным, с моим участием реализованы многие проекты, и я получил хороший опыт. Но в какой-то момент жизни ты понимаешь, что деньги не приносят того удовольствия, которые ты ожидал от них получить. В какой-то момент вещи нематериального порядка начинают иметь большее значение, чем сохранение статуса или денег.

О своем выборе я не жалею. Да даже выбор передо мной не стоял, все произошло естественно.

— Ваша нынешняя работа вам также интересна и хорошо оплачивается?

— Я в разы потерял в доходе, сейчас живу не на зарплату, а на доходы от деятельности компании. Но у фирмы хорошие перспективы, и я с оптимизмом смотрю в будущее.

— Ваша компания помогает Партии 5 декабря?

— В политику фирмы не входит финансирование политических организаций. Бизнес — это бизнес, партия — это партия. Но, безусловно, фирма разделяет многие ценности, которых я придерживаюсь.

— Разделяет ценности, но не помогает.

— Ну, в партию я сам вкладывал деньги. Из личных средств.

— Чем занимается Партия 5 декабря сейчас?

— Нам надо зарегистрироваться в Минюсте. Мы подадим заявку, как только зарегистрируем региональные отделения. Потом будем участвовать в выборах, если получится, уже этой осенью, и точно в 2014 году в выборах в Мосгордуму. Также партия занимается поддержкой политзаключенных, митингами. И даже организует литературный конкурс гражданской поэзии.

— Как партия себя позиционирует?

— Мы не относимся к радикальным партиям. Обычно либералов упрекают, что они осторожничают, не решаются критиковать власть и ее высших представителей. Но наша партия достаточно открыто критикует действия власти, которые считает противоречащими своим идеалам. Члены партии участвуют в протестных митингах, чего не делают системные либералы. Мы за то, чтобы люди имели возможность выражать свое мнение на улицах и площадях городов.

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Марина Курганская