Кадры Кадри, или Раскол по-албански

Нынешние властители РФ не любители креатива. Они далеки от новаций. Всё это уже было. Пусть и не в детальной точности. Вот хотя бы в Албании сорок один год назад. Раскол элит отправил на тот свет нескольких сановников правящего режима. Помогли им в этом другие сановники того же режима. Исполняя приказ нацлидера. Большой был день — 10 сентября 1983 года. В селении Линзе, пригороде Тираны.

Многократно уже отмечалось: от хорошей жизни элиты не колются. Им помогают снизу. Так произошло и в Народной Социалистической Республике Албания. К сентябрьскому расстрелу 1983-го толкнула сентябрьская атака 1982-го.

Албанцы славятся мощной диаспорой. И вот однажды в Нью-Йорке собрались четверо. Спаянные любовью к родине и ненавистью к коммунизму. Руководил Джевдет Мустафа — жизнелюбивый патриот, авторитетный бизнесмен (в нашем понимании девяностых). Вторым был Фадиль Кацели. Брат Йонуза Кацели, который на собственном допросе избил министра внутренних дел Мехмета Шеху, прежде чем броситься из окна — такое вот адекватно-актуальное понимание "окна возможностей".

Через 31 год Джевдет предложил Фадилю и ещё двоим верным прикончить коммунистического диктатора Энвера Ходжу. Разбираться с Мехметом Шеху было поздно: в конце 1981-го он то ли застрелился, то ли был застрелен. После чего ближайший многолетний сподвижник Ходжи был объявлен иностранным агентом. Одновременно КГБ и ЦРУ.

Энвер Ходжа и Мехмет Шеху

Сейчас их так и называют — Группа Джевдета Мустафы. Кроме Джевдета и Фадиля, состояли в группе Халит Байрами и Сабаудин Хаснедар. Первый из них тоже успел пересечься с Шеху, но в качестве подчинённого. В молодости он служил в госбезопасности Сигурими. Не поладив с министром, сбежал в Грецию, откуда аж в Новую Зеландию. Есть сведения, что Мустафе с товарищами помогли на высоком уровне. С самим Джевдетом беседовал король в изгнании Лека I. Не последний в мире коммерсант по обороту оружия.

Албанский народ сопротивлялся коммунистической диктатуре без малого полвека. Крестьяне и горожане, католики и мусульмане, богатые и бедные, правые и левые поднимались с оружием в руках. Партизаны-националисты Бали Комбетар. Восстания Кельменда, Коплику, Пострибы. Горный комитет. Отряд Жапокики. Албанский союз антикоммунистического освобождения. Заключённые-бунтари тюрьмы Спач. Другие боролись словом правды. Писательница Мусина Кокалари. Учёная Сабиха Касимати. Католический священник Штьефен Курти. Партийные оппозиционеры 1950-х и идеалисты-хрущёвцы 1960-х.

На этом фоне веско прозвучали слова Мустафы: "Ради жизни албанцев — убрать коммунистических преступников. Дайте мне пистолет, и я убью албанского сатану".

Никто ему пистолетов не давал. Нормальные всё берут сами. Взяли и эти люди. План был прост как дважды два: патриоты высаживаются на побережье, после чего добираются до логова сатаны. Но не задалось. Через "крота" чекисты заранее знали о месте высадки 25 сентября 1982-го. И хотя все четверо прорвались через двенадцатитысячный кордон (блестяще сработала коммунистическая госбезопасность), группу удалось рассечь на одиночек. Кацели и Хаснедар вскоре попали в засаду и погибли.

Джевдет Мустафа

Мустафа продержался дольше. Добраться до Тираны он не смог, но по дороге навёл немало шороха со своим пистолетом. Победил в боестолкновении с карателями, застрелив двоих и дошёл до своей матери в Коваче. Только там его и взяли в кольцо 27 сентября. Последним убежищем бойца стала бывшая мечеть, где жила мать. Операция длилась пять часов. Чекисты начали было торг, но Мустафа ответил: "Никогда не сдамся живым, никогда не стану торговаться с коммунистами". Обещание было исполнено. Партизан пал в бою.

Представимы ли подобные слова (о делах уж промолчим) в исполнении "хороших русских"? А ведь Джевдет не меньше любил жизнь с её ништяками. Как бы не поболее.

Из четвёрки выжил только Байрами. Не исключено, что он и был тем самым "кротом", хотя доказательств нет. Зато точно известно, что суд его освободил и он вернулся в Новую Зеландию. Гуманностью и снисхождением к побеждённому ходжаизм никогда не отличался. Причина была явно иной. Тот самый раскол элит.

Энвер Ходжа вообще регулярно колол свою элиту. К примеру, в конце 1975-го были отправлены на расстрел высокопоставленные генералы — министр обороны Бекир Балуку, начальник генштаба Петрит Думе, начальник армейского политуправления Хито Чако. Прошло шесть-семь лет — пора по новой. Система требовала крови. Ничто другое не обеспечивало элементарного функционирования. Это было единственное, чем мог отчитаться Ходжа перед народом и историей. На внешнюю войну не хватало ресурсов — значит: "Мы обнаружили измену — это поймёт каждый".

Нам ли не знать нашей же истории? Или не видим, что сейчас происходит? Что тут объяснять.

На процессе Байрами дал показания про ЦРУ и югославскую разведку. Но эта ерунда была не суть. Важнее другое: Байрами назвал имя "главаря заговора": министр обороны НСРА Кадри Хазбиу.

Простой новозеландский мигрант обменял себя на члена Политбюро ЦК Албанской партии труда. То есть одного из хозяев страны. Рентабельно. Переиначивая оруэлловский "1984": "Отдайте им Хазбиу! Не меня! Хазбиу! Мне всё равно, что вы с ним сделаете! Хазбиу! Не меня!"

Кадри Хазбиу был врагом народа не на словах, а на деле. Заместитель Мехмета Шеху по МВД, директор Сигурими, он расправлялся с крестьянами-повстанцами, устраивал резню оппозиционеров-интеллигентов. Только своими руками он убил пару сотен людей. В 1954-м, когда Шеху перешёл в премьеры, Хазбиу унаследовал МВД. Четверть века оттрубил в проводниках ходжаистского террора. С 1980-го перешёл на Минобороны, а МВД передал премьерскому племяннику — Фечору Шеху-младшему.

Фечор Шеху

С конца 1970-х, после разрыва с Китаем, положение Албании становилось совсем тяжёлым. Премьер Шеху в союзе с Хазбиу начал продвигать идею налаживания связей с СССР. Но беспредельный сталинист Ходжа считал брежневский Советский Союз опасным очагом вольнодумства.

О каком-то примирении с Кремлём он не желал и слышать. "Прислужники Москвы и Ленинграда!" — было сущим проклятием в устах албанского вождя (почему-то именно так, романовский обком отделялся от брежневского ЦК). А уж посмотреть албанские карикатуры на советский ревизионизм… Сплошные хиппи под церковными куполами (что-то, впрочем, было в этом не без резона, если вдуматься).

Так пролегла трещина раскола в албанской партийно-государственной элите. Шеху оказался в положении Пригожина. Ветеран-заплечник, ученик-сподвижник вождя. Вполне подходил на роль "обнаруженной измены". Главпалача от греха подальше отправили на тот свет. Но по земле продолжал ходить его оруженосец Хазбиу. Ходжа решил: убрать. Весь балласт старых партийно-гэбистских кадров. Кореша уже закопанного Шеху годились лучше всего. На их места в карательных органах уже заступала генерация "сорокалетних менеджеров". Ничего кроме Ходжи в жизни не знавших и ничего из себя самостоятельно не представлявших: Хекуран Исаи на МВД, Зюлюфтар Рамизи на Сигурими.

С племянником покойного тоже надо было что-то делать. Фечор Шеху служил в Сигурими, побывал заместителем Хазбиу, затем преемником-директором, а в 1979-м возглавил МВД. Его руки обагрились кровью Штьефена Курти, партийных "либералов", подсудимых по "делу генералов" и "делу экономистов". Не говоря об обычных албанцах, брошенных в тюрьму Спач. Люди знали: Фечор любит допрашивать молодых красивых спортсменок и студенток. Сам он не знал, что в 57 лет его самого назначат на эту роль.

Главным прегрешением министра здравоохранения Ламби Зичишти стали слова, сказанные над трупом Шеху: "Это убийство, нет никаких сомнений". На фоне предыдущих фигурантов он не выглядит кровавым маньяком. Хотя искренняя забота о здоровье номенклатурно-коммунистической верхушки должна быть учтена как отягчающее обстоятельство.

Эти трое, а также бывший полицейский Ламби Печини приговорены к смертной казни и расстреляны сорок лет назад. В ночь на 10 сентября 1983-го. Ещё трое подсудимых получили от своего режима по 25 лет тюрьмы. Одним из таких счастливчиков стал Михалак Зичишти. Брат расстрелянного Ламби. В отличие от него, Михалак несомненно был кровавым преступником. С 1954-го по 1962-й он возглавлял Сигурими. Потом курировал карательные органы по партийной линии.

Как и другие подсудимые, Михалак Зичишти не был совсем уж безумцем. Признавал социальные проблемы подведомственного населения. Однажды откровенно сказал колхозникам, что понимает, как их "грабят и государство, и уголовники". Посоветовал "терпеть и держаться". Сам он на следствии держался плохо. Дал показания на всех, начиная с брата. За что в виде высочайшей милости получил только "четвертак". Когда вышел на волю, съел в закусочной отравленный бутерброд.

Срок получил и Нести Насе, некогда министр иностранных дел в правительстве Шеху. "Албанский Лавров" слишком много знал и не мог не попасть под слив. Как и Михалак Зичишти, он дожил до падения режима и успел выбраться на волю. Даже умер, кажется, не отравленным.

Его жена Петрина покончила с собой в ожидании ареста. В этом, увы, имелся резон. Седьмым номером оказалась под катком Фикрете Шеху, вдова Мехмета. Энвер, правда, учёл, что она сдала всех своих друзей, и обеспечил ей комфортные условия в тюрьме. Когда тиран умер, Фикрете Шеху искренне горевала по убийце своего мужа. Пока не умерла сама.

Коммунистический режим в Албании с той ночи не протянул и десятилетия. Энвер Ходжа не дожил до падения своего истукана, зато дожила его вдова Неджмие Ходжа. Она воочию увидела, как растаптывал победивший народ мракобесные её идеалы. И даже частично повторила судьбу своей карьерной соперницы Фикрете. Арестовали Неджмие в декабре 1991-го, выпустили в 1997-м. И в отличие от Фикрете, она отреклась от коммунизма. Даже приветствовала операцию НАТО в Косово.

Фикрете Шеху

Элита не раскололась — хозяин скрепил её кровью. Но она обрушилась — вся.

Когда кто-то на кого-то косо посмотрел — это не раскол элит. Их расколы — когда вяжут, бьют и стреляют. Такие уж это элиты. Странно, что Энвер Ходжа не догадался взрывать в самолётах. Наверное, самолёты жалел. В Албании их не так много, как в РФ. В любом случае албанские "пригожинцы" предварили судьбу российских.

Что касается албанского "РДК" (организация, признанная террористической и запрещённая в РФ) в лице Группы Мустафы (организация, на данный момент не признанная террористической и не запрещённая в РФ), то по итогу цель достигнута. Причём исторически довольно быстро. Албания свободна, местный сатана мёртв, ходжаизм на свалке истории. Раскол 1983-го оказался лишь эпизодом деградации и обвала режима.

Михаил Кедрин